- А Миме говорит сам с собой? - уточнила Брунгильда. - Я слышала, что такая привычка появляется у очень одиноких людей... или цвергов. Но даже если Миме живёт один - это ещё не значит, что он склонен вести сам с собой беседы. Быть может, стоит спросить его обо всём начистоту? В конце концов, я вооружена, а ты хороший маг, о чём Миме наверняка известно.
Будучи валькирией, Брунгильда привыкла во всём выбирать прямой путь - кроме тех случаев, когда прямого пути не существует.

- Странно, что цвергу пришло в голову создавать башню, - задумчиво проговорила валькирия. - Никогда не слышала, чтобы цверги обитали в башнях. Хотя, если Миме и вправду изгнанник, возможно, каменная башня могла бы напоминать ему о скалах, которые когда-то были его домом? А больше ты ничего не слышал? Миме ничего не говорил о прошлом, о том, как вообще оказался в лесу?

Создать копию Девяти Миров? Миме решился на такое? Неужели нибелунгу такое под силу?
- Возможно, что будут, - отвечала Брунгильда, как только обрела дар речи после такой новости. - И раз они наши копии, наши подобия - думаю, что будут похожими на нас...
Она перевела дыхание.
- Вот только Миме теперь в опасности, - уверенно сказала она. - И сам даже не подозревает, во что ввязался. Если мой отец узнает, что кто-то, кроме него, обрёл способность творить миры, и что в одном из таких миров может обнаружиться его собственное подобие, двойник самого Вотана... Боюсь, Миме не жить. Альберих когда-то дорого заплатил за могущество, способное сокрушить мощь асов - а Миме, похоже, решил превзойти брата. Но если ему удастся замысел, если он сотворит подобие Девяти миров со всеми нами - тогда он сможет сотворить и другого Вотана, на что сам Вотан неспособен! То есть в каком-то смысле станет даже сильнее моего отца... Тут может разыграться такая битва за мироздание, что вся история с кольцом Альбериха покажется детской сказкой.
- Можешь ты... - начала валькирия и тут же поправилась, - можем ли мы как-то обезопасить Миме? Возможно, ты сумеешь хитростью убедить его отказаться от подобного замысла?
А что будет делать она сама? Будет защищать Миме от Вотана, пойдя таким образом против отцовской воли? Или, как всегда, исполнит волю отца, принеся Миме в жертву?
Кажется, у неё начинала кружиться голова - и только заученное с детства искусство выдержки позволило не показать этого.

Брунгильда тщательно обдумывала предложение Локи.
- О жертвах, думаю, говорить не стоит, - ответила наконец она. - Не знаю точно насчёт цвергов, но среди людей есть много таких, которые без сомнений убьют ради достижения цели. Насколько знаю, в ту пору, когда Альберих создал кольцо, Миме был совсем молод. Кто знает, каким мог стать его характер спустя несколько веков? Это большой срок даже для цверга. А вот заинтересовать его рощей в Асгарде... быть может, он и заинтересуется, но как объяснить его присутствие в Асгарде нашему племени? И, кстати, мы так и не знаем, что делать с кольцом, которое подбросил Миме и которое якобы должно обладать целительными свойствами, а какими уж обладает на самом деле - наверное, одному ему и известно.

- Если отец, увидев кольцо, захочет привести Миме в Асгард, то наверняка в качестве пленника, - отвечала Брунгильда. - Как это было с Альберихом. Сможем ли мы обеспечить Миме безопасность в Асгарде? Или, возможно, Миме посчитает, что пребывание в Асгарде поможет ему в создании его башни? Чтобы создать подобия всех нас, полезно было бы лучше узнать оригиналы, тебе не кажется? Лишь бы Миме оказался достаточно хитёр и не проговорился.

- Нужно не только повредить, - задумчиво отвечала Брунгильда. - Нужно, чтобы мой отец не смог найти замены - вещь эта должна быть воистину уникальной. И чтобы не смог найти замены для Миме, не пригласил в Асгард другого цверга...
Мысль пришла сразу же, но Брунгильда её испугалась. Потому что о таком нельзя было даже помыслить! Ни за что на свете!
- Копьё моего отца? - услышала она свой голос.
Очень тихий голос.
Она постаралась взять себя в руки.
- Молот Доннера, золотые волосы Сиф, ожерелье госпожи Фрейи - всё это уже было. И сделано без участия Миме - значит, не один он на это способен. Но копьё Вотана? Вряд ли многие цверги осмелятся взяться за его починку. Конечно, я говорю о наконечнике, ведь само копьё из ясеня.

- Миме в самом деле на это способен? - уточнила Брунгильда. - Тогда отец наверняка заинтересуется двухголовым вороном. Ведь если он завладеет таким вороном, и если при этом его нынешние любимцы Хугин и Мунин останутся при нём - его мудрость возрастёт даже не вдвое, а втрое. При этом Хугин и Мунин могли бы выполнять треть всей работы, а двухголовый ворон - оставшиеся две трети. Думаю, это и вправду может быть наш шанс.

Брунгильда тщательно обдумывала план.
- Значит, сначала придётся убедить отца в непревзойдённом мастерстве Миме, в его способности создать чудесного двухголового ворона. Затем, если отец предложит нам награду за то, что мы привели Миме - именно сам предложит! - можно попросить одно из его колец, меняющих свой облик. И подменить им то, которое охраняет Фафнир... Мне нравится, Локи!
От радости и восхищения она обняла Локи, крепко прижала его к себе.

Труды Локи оказались не напрасны. Очень скоро Брунгильда получила необычное задание - разыскать в Митгарде цверга Миме и любой ценой привести его в Асгард. О чём валькирия не замедлила сообщить Локи.
- Похоже, будет скоро у моего отца новый питомец, - молвила она, не скрывая улыбки. - Мне уже не терпится с ним познакомиться... хотя он даже и на свет ещё не родился.

- Спасибо, - Брунгильда искренне улыбнулась Локи. - Будь на месте Миме любой другой цверг, вряд ли он отказался бы от приглашения в Асгард, тем более если его передаст одна из дочерей самого Вотана. Но Миме - брат Альбериха, наверняка он помнит ту старинную историю и Асгарду не слишком-то доверяет.
На минутку Брунгильда подумала, не стоит ли в присутствии Миме принять облик обычной женщины, чтобы расположить его к себе - но хитрости ей никогда особенно не давались, а потому валькирия предпочитала говорить сразу правду - или же не говорить ничего.
И вот они с Гране вновь спустились с небес на землю - в прямом смысле. Домик Миме располагался не так далеко, и Брунгильда решила не пытаться скрыть свою личность - однако в знак мира подняла забрало шлема, открывая лицо.

Вопреки опасениям, проблем с приглашением Миме в Асгард не возникло.
Вот только Гране, как показалось Брунгильде, был не слишком рад новому седоку. И причина была не в весе - Гране был достаточно силён, чтобы перенести одну валькирию и одного гнома. Неужели Миме что-то задумал? Уж очень быстро согласился, словно ждал приглашения уже давно.
Всё это требовалось обсудить с Локи. Но позже.
Доставив Миме в Асгард и представив отцу, Брунгильда наконец смогла остаться наедине с Локи.
- Что ты думаешь? - спросила она. - Миме и вправду был искренне рад - или же это какая-то хитрость с его стороны?